Народы, которые исчезают тихо: сколько их осталось в России и где их ещё можно встретить
Исчезают прямо сейчас: 7 народов России, которых осталось меньше, чем в одном подъезде
Generated by DALL·E
Россия привыкла считать себя страной больших расстояний и больших чисел. Но есть другая статистика — почти незаметная. Это народы, численность которых сегодня меньше, чем в одном школьном классе или на скамейке в парке. Их язык слышен всё реже, традиции держатся на нескольких семьях, а память о прошлом иногда живёт только в рассказах стариков. Пока одни нации обсуждают будущее, эти народы буквально пытаются не исчезнуть.
Ниже — несколько примеров исчезающих народов России, о которых мало говорят, но которые всё ещё существуют.
Кереки: народ, который помещается в один автобус
Если верить переписи 2021 года, в России осталось всего 23 кэрека. Это буквально маленькая группа людей, которая могла бы собраться в одном сельском клубе или в одном автобусе. Живут они на Чукотке и называют себя «анкалгакку», что переводится как «люди у моря». Когда-то кереки жили большими родовыми семьями, строили землянки, охотились на морских животных и собирали всё, что давало побережье.
Сегодня керекский язык почти не звучит. Молодые давно говорят по-русски или по-чукотски. Из-за этого кереки всё чаще становятся «невидимыми» даже среди соседей.
Алюторцы: рыбаки с рассветного края России
На севере Камчатки, там, где Россия встречает утро одной из первых, живут алюторцы. Себя они называют «алутальу». По официальным данным, их осталось около 96 человек. Но самое болезненное здесь — язык. В начале 2010-х алюторскую речь знали всего около 25 человек, а сегодня носителей стало ещё меньше. В быту алюторцы всё чаще живут как коряки, и многие семьи признают: традиции сохранены, но язык уходит.
Водь: почти исчезнувшие хозяева Ингрии
Между Санкт-Петербургом и Эстонией, в местах, где леса выходят к Финскому заливу, ещё можно встретить народ, который жил здесь задолго до появления крупных городов. Это водь — и сегодня их осталось примерно 105 человек. Раньше водь населяла десятки деревень, но теперь последние семьи живут в основном в Кингисеппском районе Ленинградской области. Одним из символов выживания водской культуры стала деревня Лужицы, где сохранились традиции и память о языке.
Интересно, что в последние годы появились попытки возродить водскую идентичность: открываются культурные центры, ставятся спектакли, молодёжь начинает спрашивать старших о корнях.
Ижорцы: рыбаки, живущие рядом с мегаполисом
Ижорцы — народ, чья судьба особенно парадоксальна. Они живут почти в тени огромного Санкт-Петербурга, но исчезают так же быстро, как и далёкие северные народы. Сегодня ижорцев осталось около 210 человек. Их язык считается одним из самых уязвимых, а многие семьи уже давно перешли на русский. Тем не менее у ижорцев сохраняются отдельные традиции — например, праздник весны День Жаворонка, когда пекут печенье в форме птиц и устраивают гулянья.
Сето: народ на границе двух культур
На границе России и Эстонии живёт маленький, но очень самобытный народ — сето. По данным переписей, их осталось около 234 человек, большинство — в районе Печор. Сето интересны тем, что их культура стоит на стыке традиций. Они говорят на языке, похожем на эстонский, но с сильным русским влиянием. А ещё у сету есть особое многоголосое пение «леэло», которое признано ЮНЕСКО нематериальным наследием.
У них есть необычная традиция — выбирать символического правителя, «короля» или «королеву», и проводить праздники как у маленького государства.
Тазы: народ между тайгой и китайской границей
В Приморье, среди сопок и тайги, живёт народ с необычной историей — тазы. Это потомки китайских и маньчжурских переселенцев, смешавшихся с местными жителями. Сегодня их осталось около 235 человек. Язык практически исчез — им почти никто не пользуется. Но в быту сохранились отдельные элементы кухни и бытовых традиций, где смешались разные культуры.
Уильта: хранители северного Сахалина
На Сахалине живёт народ уильта, которые называют себя просто «ульта» — «люди». По данным переписей, их осталось около 269 человек. Их традиционный уклад был связан с оленеводством и кочевой жизнью. Сейчас большинство живёт в обычных посёлках и ходит в обычные школы. Но появляются попытки вернуть хотя бы часть языка и ремесла — открываются курсы, проводятся занятия по традиционной вышивке и работе с рыбьей кожей.
Алеуты: дети командорского ветра
На Командорских островах, в селе Никольское на острове Беринга, живут алеуты. Их численность — около 399 человек. Их предки были морскими охотниками, делали байдарки и уходили в океан за добычей. Сегодня жизнь изменилась, но море по-прежнему остаётся главным источником пищи и смысла. В местных школах дети изучают язык, а в культуре алеутов до сих пор ощущается смесь русских и океанских традиций.
Почему исчезновение происходит так быстро
Почти у всех этих народов схожие проблемы:
- Молодёжь уезжает учиться и работать в города, а возвращается редко.
- Язык не передаётся детям, потому что проще жить на русском.
- Остаётся слишком мало носителей культуры, чтобы удерживать её в быту.
Иногда всё держится буквально на нескольких энтузиастах — учителях, фольклористах, старожилах, которые записывают слова, песни и семейные истории.
И это только часть списка
Кроме этих народов, в России есть и другие малочисленные сообщества: чулымцы, негидальцы, орочи, нганасаны, тофалары, чуванцы, энцы и многие другие. Каждый из них — отдельная история, отдельный язык и своя маленькая карта памяти, которая может исчезнуть уже в ближайшие десятилетия.